Под конец этого невозвратно ушедшего лета мне исполнилось 37 лет, и, несмотря на то, что ощущения такие, как будто я только-только начинаю жить, это уже классифицируется как "немного пожил". К формату "что я понял к X годам" или "что бы я посоветовал себе двадцатилетнему" я отношусь с плохо скрываемым презрением, а писать "пост-знакомство для тех, кому интересно", мне скучно, да и кому надо, тот, как говорится, уже в курсе, зато у меня накопилось некое количество поговорок, с которыми у меня по ходу жизни сформировались определенные отношения, и которые можно поделить на две категории.

Первая группа — ПРАВДА, такая железобетонная истина, что, если бы я считал, что джентльмену уместно делать татуировки, то их можно было бы набить как-минимум на предплечьях, чтобы сверяться с ними так же часто, как джентльмену полагается сверяться со своими вашерон константинами или, если джентльмен громким жестам предпочитает бережливость, с ролекс эксплорерами (которые 'I', конечно же, на стали и с черным циферблатом).

Вторая группа поговорок — ЛОЖЬ, да такая наглая и омерзительная, что я просто не верю, что они были выдуманы без злого умысла.

Итак, правдивые поговорки:

На обиженных воду возят, а на добрых сами катаются
Быть обиженным — конечно, вредит только вам самим. Но и быть универсально добрым и готовым всегда и без разбору приходить на помощь, увы, привлекает к вам не всегда правильных людей с не всегда правильными побуждениями.

Насильно мил не будешь
Тут, боюсь, комментарии излишни. Можно лишь добавить, что не стоит расстраиваться, если быть кому-то "милым" не выходит. "Я не червонец, чтобы нравиться всем", как пел господин Кинчев.

Хочешь мира — готовься к войне
Работает всегда и безотказно, как на уровне управления государствами, так и на уровне своей собственной физической, психологической, и финансовой конституции. И еще: лучшее, что можно предпринять, чтобы получить что-то желаемое — не нуждаться в этом.

А вот поговорки ложные и откровенно вредительские:

Не ищи обетованные края, они там где родина твоя
Таких поговорок на русском языке сонм, вот еще есть такая, тоже совершенно вредительская и антигуманистическая: "за морем веселье, да чужое, а у нас и горе да свое". Моим читателям это вполне очевидно, но мне не лень и повториться: понятие "родины" как политического устройства, на территории которого вы родились — концепция, которую выдумали аппаратчики для того, чтобы контролировать умы людей, и при случае отправлять их пушечным мясом на свои бессмысленные войны. Родина — это наши близкие, друзья, и круг людей, ценности которых мы разделяем. И это большая удача, если все это удается обрести там, где вы родились.

Смех без причины — признак дурачины
Я так и не нашел похожих поговорок в языках культур, где улыбаться считается проявлением вежливости и уважения к собеседнику, а веселиться и всячески радоваться — не чем-то зазорным, потому что все вокруг должны страдать и затягивать пояса (ведь "этот год был непростым"), а нормальным состоянием, к которому стремится любой здоровый и любящий жизнь человек.

И швец, и жнец, и на дуде игрец
К сожалению, противоположная поговорка про двух зайцев, гоняться за которыми — занятие довольно безрезультатное, гораздо ближе к истине. Я постоянно разрывался между большим количеством занятий, которые нахожу интересными в силу своей сильной природной любознательности, но совершенно очевидно, что к успеху ведет только фокус на самом важном и отказ от второстепенного.

И в завершение приведу один из моих основных жизненных девизов, найти который можно в ветхозаветной книге Иова (глава 7, стих первый):

Militia est vita hominis super terram et sicut dies mercennarii dies eius. (The Vulgate)

Жизнь человека на земле не есть ли служба воинская, и дни его не то же ли, что дни наемника? (в переводе архимадрита Макария)

Все так. Главное — не сдаваться.

~Шиллер, “Письма об эстетическом воспитании человека”

Я ценю гармонию, а значит, красота должна заключаться не только в книге — то есть в тексте, или в истории, но и в книге — то есть в их физическом манифесте, точно так же, как красота человека должна быть и внутренней, и внешней.

Самое очевидное — оформление книги. Когда книга приятно лежит в руках, бумага качественная, шрифт — четкий и с засечками, либо немного архаичный, «под старину», но все же легкочитаемый — душа радуется.

Иллюстрация на обложке не должна быть вычурной и выглядеть так, будто над ней трудилась дюжина гномов под страхом геноцида. Иногда достаточно и хорошей типографики. Главное, чтобы оформление соответствовало содержанию и отвечало стандартам современного дизайна. Бывают иллюстрации, которые сразу маркируют литературу как низкопробную, и все же их упрямо продолжают штамповать. Случается и обратное — хорошую книгу прячут под третьесортной обложкой. Грустно.

И текст, текст тоже должен быть красивым. Это не значит многословие и обилие эпитетов — чаще всего наоборот. Возьмите Чехова — слов ровно столько и они ровно такие, чтобы создать наиболее четкую и сильную картинку в голове у читателя. Ни на йоту больше. Вот это мастерство, вот это — красота. Чем больше слов, тем сложнее достичь красоты. У Марка Цицерона получалось, у Джона Толкиена получалось, но они — исключения.

Это и ко мне относится. Как только я ловлю себя на том, что хочу в разговоре сказать больше, чем нужно — красота мимолетна и переменчива, я прямо чувствую, как она испаряется.